prog

Лесные прогулки

Мне в жизни повезло — у меня было удивительное время детства. Наверное потому, что я жил тогда в СССР.

В то время детства, когда мои сверстники истязали себя баянными гаммами и зубрили русский язык и литературу, я уходил на лесные прогулки.

Я строил в лесу индейские хижины, рыл землянки, строил лодки, сабли и мечи, луки, арбалеты, охотился на диких уток, куликов и на прочую бегающую, летающую, плавающую и ныряющую живность.

Ловил на удочки, неводами и бреднями, а то и ивовой, или, связанной из медной или алюминиевой проволоки, вершью окуней, щук, чебаков, карасей и гольянов в озерках, прямо как Гек Финн и Том Сойер.

Пойманную рыбу, или найденные в песке реки ракушки, жарили на веточке на костре. Странно, но никто и никогда после такой недожаренной еды и не болел, даже желудком не страдал.

Хоть мы и жили в обычном частном городском доме, но старенький дом стоял совсем далеко от настоящего леса, где весной токовали тетерева и глухари, а зимой лоси выходили прямо на опушку, а летом в полночь зайцы косили траву на полянах.

Как бы там не было, но все моё детство прошло в лесных прогулках — в близи рек, озёр, болот и лесов.

Несмотря на близость к городу, лес был полон всяких гастрономических радостей.

Весной, когда под деревьями местами ещё лежали сугробы снега, мы с друзьями шли в лесные прогулки с ручным коловоротом, ножом, даже с гвоздём собирать берёзовый сок и там же в лесу выпивали его, но банку или бутылку с берёзовым соком всё же старались принести домой на пробу.

Читайте еще:  Коливо, сочиво, кутья

Иногда посуда билась во время наших лесных странствий, и тогда мы получали нагоняй за испорченную стеклотару, которая во времена нашего детства ценилась.

Затем в наших лесных прогулках в детстве шёл сезон грибов и сорочьих и вороних яиц. Сороки и вороны в огромном количестве гнездились в зарослях низкорослых верб или высоких сосен, но вездесущим пацанам не составляло большого труда достать из шарообразного гнезда несколько мелких, горьковатых на вкус яиц — мы запекали их в золе. Иногда пробовали и сырыми.

Один раз, во время вскрытия очередного яйца, внутри обнаружился почти оформившийся птенец. С тех пор у меня отвращение ко всем сырым яйцам.

В начале лета лесные поляны были усыпаны ароматной земляникой, кислющей костяникой и черникой — почему-то всегда синей. Нам не приходило в голову собирать ягоду впрок, мы просто валялись в траве и набивали найденными ягодами рот.

В ходе лесных странствий мы знали все съедобные растения и корения, ягоды и постоянно употребляли их в пищу.

В июле начинался сезон грибов, можно было всего за час собрать ведро белых или маслят. В тех краях — в Ирбитских Буграх, где я подрастал, не за всяким ещё грибом — подберезовиком — подосиновиком грибник захочет наклоняться. Больше всего в моём босоного детстве ценились белые грибы, грузди, рыжики, опята и маслята.

Хотя и сыроежки, если только они не больше пятикопеечной монеты (ещё той очень ценной монеты, за которую можно было прокатиться в автобусе), необыкновенно хороши в засолке.

Но у нас в почёте всегда были маринованные маслята и солёные грузди. Во ходе лесных странствий нашего детства, тут и там в лесу попадались грибники с корзинами и вёдрами, но всё равно в хороший год грибов хватало всем.

Читайте еще:  Стрижка

В оврагах в Буграх и по берегам рек росла удивительная черемуха с почти горизонтальным стволом. Там было удобно и весело сидеть, свесив ноги над ручьем, и объедаться ягодами черемухи, вяжущими, горькими, пачкающими одежду.

Черёмухой объедались вдоволь. Постоянно собирали домой 3х или даже 5-литровый бидон, а то и ведро.

По просьбе родителей, а чаще всего по своей воле в детстве мы собирали в лесу полезные травы, шиповник, кедровые шишки и орехи, постоянно охотились и на всякую пернатую дичь.

У большинства пацанов моего детства имелись поджиги и незарегистрированные старые ружьишки, а то и ружейные обрезы. У меня точно было — и то, и другое, и третье.

Именно тогда в детстве, я впервые попробовал жаренного на вертеле гуся. С тех пор чего мне только не пришлось перепробовать, но именно гуся я считаю одним из самых своих любимых деликатесных продуктов.

Сейчас моя городская квартира находится так же далеко к опушке леса, как и дом, в котором я рос в детстве, однако бываю я в лесу очень редко — взрослые заботы, суета, болезни, лень.

Но когда попадаю в лес, взгляд как во времена детства, нет — нет да цепляется за какой-нибудь хлёсткий прут и в голове мелькает мысль: «Эх, хорошая из него получилась бы стрела для лука», а глаза уже пристально всматриваются в окружающие растения, что из них можно съесть.